Мне не знаком покой я у тебя такой

Би-2 - Мой рок-н-ролл - Текст Песни, перевод, слушать онлайн

мне не знаком покой я у тебя такой

Я еще не успел ничего понять, как этот дядька повали меня на землю, и я наконец-то получил долгожданный покой. ну его нафиг, но, когда услышал, как щелкнула зажигалка и почувствовал запах табачного дыма, но спать дальше показалось мне кощунством. И я И в знак извинения дал тебе выспаться. Мне не знаком покой, я у тебя такой. Ты же своей рукой жребий взяла такой. Болен я лишь тобой, не ревнуй - успокой. Я возвратился с дороги уставший. Но верьте мне – совсем недаром Нам дан сатиры горький вкус. Я в общежитии рабочем Не помешаю песней спать, Чтоб не пришлось кому-то Прошу вас: ставьте на конверте Без знака мягкого Кумач. Поверьте, это не пустяк.

Смотри, какая хорошая вещь. Это статусная вещь, оденешь - и сразу вырастешь в глазах друзей. Мы разбираем дешёвые примеры гордости, но это наша повседневная жизнь. Зачем замахиваться на большее, если меньшее работает?

Будешь не такой, как ты есть, а будешь лучше, больше, развитее и. Это у лукавого в привычке. Он Самого Христа искушал в пустыне, показывая Ему во мгновение ока все царства мира, говоря: Это феерическое зрелище, причём не физически. Это не просто лукавый возил Христа на горбу в Лувр, или в Петергоф, или на Великий каньон, или к Египетским пирамидам! Он Ему перед глазами показал фантики и мультики — взрыв фантазий и зрелищ, говоря: Глянь - вот царства, челядь, золото, серебро.

И это всё в секунду — ух! Это великий соблазн, который, на самом деле, человеку выдержать невозможно, если Дух Святой не сопутствует его душе и не укрепляет его посреди немощи и искушений. Итак, друзья мои, нам с вами бороться с гордостью всю свою жизнь.

Потому что однажды гордый дьявол соблазнил глупого человека, и с тех пор глупый стал гордым. И он вечно решает вопрос: Повторяю, что неверующие могут сомневаться, заявляя: Со смиренными всё по - другому: А тот, который только что возмущался, заявит: Так вот, мы должны разобраться с этими вопросами.

До конца не разберёмся, на это нужно потратить всю жизнь. Был такой святой Нектарий Эгинский, епископ без кафедры. Вечно гонимый святой старец в достоинстве епископа, но без епархии. Он говорил, что есть гордость ума и гордость сердца. Это очень важное замечание. Гордость ума — это сатанинское состояние, при котором у человека нет авторитетов, когда он считает, что он прав, он всё знает.

Ты кто такой, чтобы меня учить? Это помрачение ума является сатанинским явлением, из которого выхода почти нет, ну разве что человека озарит Бог. А есть гордость сердца. Например, женщина — красивая, и она знает.

Тимур Темиров – О тебе текст песни(слова)

Поставь возле неё ещё сорок пять женщин — они не такие красивые. Она оценивает себя, и понимает, что она красивее. И мужчины прекрасно это видят, и женщины замечают. Вокруг неё вьются, она знает это и гордится собой: Она пройдёт, потому что эта женщина постареет, подурнеет, её обманут, по ней протопчутся, ею воспользуются. И она, потеряв те же самые волосы, зубы, глаголы и суффиксы, к старости поймёт, что ее карта ушла, и что она теперь — просто одна из старух, а красота осталась только на фото.

Или, например, человек богат. Выиграл джекпот, или вовремя приехал туда, где разделяли большой пирог. Богатство — это случайная вещь. Ведь честным трудом не разбогатеешь. Голодным при честном труде не будешь — сто процентов, ну, а богатым не станешь.

Вот человек, например, стал богат, и говорит: То же касается и здоровья, красоты, силы, успеха. Такая гордость сердца подвергается смирению через то, что Бог ломает этих кумиров, рушит их, бросает их в пыль. Как говорит премудрый Соломон: Вот, например, красивый человек — не гордись.

Марк Шагал. Никакой я не художник

Красивому тяжелее живётся, чем некрасивому. Некрасивой девчонке Господь может дать хорошего мужа, а красивая может по рукам ходить до самой старости, и будет никому не нужна, будет без детей, без семьи, как игрушка в мужских руках.

А какой-нибудь простой девчушке, может быть, Бог даст и мужа хорошего, который будет любить её, и детей, и всё будет хорошо. Или вот сильный парень. Я помню, ещё во Львове в тюрьму ходил вместе с другими священниками, и там один такой сидел долго, чуть ли не пожизненно.

Я мог убить любого человека, и мне не было страшно. Вот моего друга обидели - а я мог бы взять, ударить и убить человека. Я уже здесь постарею, в тюрьме, здесь меня и смерть найдёт. Это я уже теперь понял, когда у меня нет ни семьи, ни детей, ни работы — что моя ухарская молодецкая смелость привела меня за решётку на всю жизнь.

Вот так смиряется гордость сердца. Эти люди могут познать Бога. Ерунду ты снимал, ерунду писал. Он будет долго обижаться, страдать, скорбеть, плакать, пить. Потом протрезвеет, выплачется, покается, признает Бога и, наконец, исправится.

А вот гордость ума — это гораздо более сложно и с большим трудом поддаётся исцелению. Нужно это себе заметить. Для современного человека это очень важно, потому что он не терпит авторитетов и не желает смиряться. Я помню, у меня довольно давно был интересный разговор с одним человеком. Он ездил на заработки в Испанию. Не знаю, жив ли, здоров он. Для меня не было большой проблемой преклонить колени перед Богом. Сколько я себя помню, даже когда я был не очень верующий - вот, скажут мне: Я помню, что и в армии мне не было трудно преклонить колено перед знаменем части.

Мне казалось, это очень естественно. Или склонить колени перед могилой близких. И я считаю, что нет ни обиды, ни унижения, в том, чтобы преклонить колени перед тем, что ты считаешь выше. И вдруг с большим удивлением обнаружил, что не все так думают. А знаете, как интересно найти ситуацию, когда для тебя что-то понятно, и ты думаешь, что, наверное, все так думают.

И вдруг ты встречаешься с человеком, который думает абсолютно противоположно. И то, что для тебя естественно, для него неестественно. Это очень жёсткий опыт. И вот я помню, повстречался с человеком, который сказал: Ни перед матерью, ни перед женой, ни перед могилой предков, ни перед Вечным огнём в честь погибших воинов, ни перед Богом.

Что он такое несёт? И вот прошло какое-то время, мы с ним общались как кот с собакой — ругались больше, чем общались, и он мне говорит: Ему, сказал он мне, стоило ужасных усилий склонить колени перед Богом. У него в жизни произошёл ряд серьёзных перемен, испытаний, когда он буквально на негнущихся ногах заставил себя склониться на колени перед Богом и сказать: И то, что, например, мне давалось очень легко, — я не помню, чтобы мне когда-нибудь тяжело было встать на колени и сказать: Ему же понадобилось много лет, чтобы однажды в жизни, в эмиграции, вдали от семьи, от любимой женщины, в одиночестве, живущему в другой культуре, замученному тысячью разных проблем - заставить себя склонить колени перед Богом.

Я против того, чтобы клониться на колени перед начальником, директором ЖЭКа или работодателем. Нельзя унижаться перед людьми, которые недостойны преклонения, но перед Господом он склонился.

Это была великая перемена и великая победа для человека. Есть ещё такой интересный румынский старец Арсений Папачок. Он много при жизни распространял всяких учений. И вот он говорил, что можно гордиться природными вещами, такими, например, как красота, храбрость или музыкальный талант. Потом, можно гордиться приобретёнными вещами, скажем, мастерством резчика по дереву или умением водить машину. Можно гордиться случайными вещами: Можно гордиться волевыми вещами, которые ты добыл силой своей воли.

И, наконец, духовными, которые Бог тебе подарил, например: И, оказывается, что ничем из этого гордиться нельзя, что всё это полученное: Если же ты будешь пользоваться этим с гордостью, и говорить, что я достоин этого, Бог недаром мне это дал - то вспомни, что пишут апостолы: То же самое пишет Иаков в Соборном Послании, и Павел пишет: В общем, друзья мои, мы зацепили с вами серьёзную тему — гордости. Эта тема понятна для верующих, ибо все мы каемся в том, что мы гордые.

мне не знаком покой я у тебя такой

А каемся не столько в гордости, сколько в дочерях её, потому что дочерьми гордости являются: Не было бы гордости, я бы не был бы вспыльчив, мстителен, я бы не злорадствовал, например, над чужой бедой, и. А всё это движется изнутри, потому что есть корень — гордость. Это первая и главная проблема человечества. Если бы мы эту проблему решили, все остальные решились бы сами.

Я музыкант, и думаю, что это касается не только моей профессии, что в нас всех с детства растят победительские амбиции. И люди, в принципе, с малолетства настраиваются родителями: Причём, не всегда это происходит на каком-то добром пути, по спортивным правилам.

Вот не первый раз слышу странные реплики в адрес. Его голос — это голос смиренного человека без попсовых выкрутас, без вульгарности. Мне не страшно, что это монах. Слава Богу, что монаху дали спеть.

Мы услышали звучание души светлого человека. Где та грань, где мы должны быть смиренно молчаливы? Как вот хорошо сказано: Каким образом нам выйти на эту разумную грань? Не подумайте, что я вешаю всех собак на Америку. Все эти коллективно-массовые движения предполагали участие как главный приз, американизм же довёл это всё до культа: Он готов умереть на пути к этому призу, даже кого-то и убить по дороге.

Конечно, мне это не очень нравится, потому что есть физкультура, есть спорт, и не надо обязательно выращивать олимпийский резерв, например, и с пятилетнего возраста вынимать из маленьких девочек все жилы, делая из них каких-то жутких гимнасток. Честно говоря, я не знаю, кому это нужно, кроме тренера и федерации спорта. Надо, чтобы ребёнок был здоров - пусть гоняет мяч, боксирует, борется, метает копьё, плавает в бассейне. Чтобы тело и душа были молоды. Так же и в музыке, и во всех остальных вещах.

В каждом европейском городе есть муниципальный оркестр. Иногда они смешные до безобразия — одеты в одежду какой-нибудь пожарной охраны: Но они регулярно выходят на площади своих несчастных городов — в Италии, Германии, где-то ещё — и дуют в свои дудки, пилят свои скрипки, что-то такое исполняют. Это всё фальшиво, безобразно, но всем весело. Как бы есть разная музыка.

Ну и правильно, пусть выслушивают. Но есть просто песня как бы сытого живота, когда люди встретились, сели за стол, поели, выпили - и запели песню. Ну, надо же спеть что-нибудь интересное такое, безгрешное, глупое, но невинное.

Всё будет хорошо

Конечно, в жизни должно быть и то, и. Они не понимают, что музыку нужно любить потому, что она просто хороша. Как сказали древние знатоки Торы, вслушайтесь: Библию нужно читать не для того, чтобы потом всех учить уму-разуму, со всеми спорить, что я знаю, а ты не знаешь.

Библию нужно читать только потому, что Библия сладкая. Читайте Библию ради сладости самой Библии. И плавать нужно только потому, что плавать — хорошо, а не для того, чтобы всех обогнать.

И бегать нужно для того. Да не надо этого, жизнь не из этого состоит. Конечно, для некоторых бедняков не было другого способа вырваться в люди, как только через виртуозное знание музыкального инструмента. Некоторые бедняки получали нормальные деньги только выходя на ринг, теряя все зубы, становясь профессиональными боксёрами, дай Бог, успешными.

Всё это, конечно, чистый американизм, Европа — иная, и мы —. Мы играем в театре, или ходим в театр, или слушаем музыку, или исполняем музыку не для того, чтобы залезть на самый верх и на всех сверху плюнуть, а для того, чтобы насладиться, порадоваться, узнать, что есть другой мир, в котором звучат небесные звуки. Мы просто больные люди, у нас заражено сознание. Понимаете, какая интересная вещь: Больной человек, например, строит дом: Он хотел сделать, например, студию народного творчества, а получилась психбольница.

Если больной человек начинает заниматься музыкой, у него получается больная музыка. Или он начинает оркестр собирать - получается больной оркестр, оркестр больных. Больной человек всю свою деятельность делает больной.

Там всё заражено гордостью, чванством, желанием первенства, обидой, завистью, злобой, шушуканьем за спиной, сплетнями, подсиживанием. Больное всё получается, идиотское. Конечно, это всё повсеместно в искусстве и спорте — там, где есть вопрос о первенстве, о гордости, о первых призах. Искусство и спорт — это самые тиражированые вещи, в которых люди стремятся к первенству и публичности. Туда идёт реклама, там журнальный глянец, там фанфары, медные трубы, там человек сразу просыпается знаменитым, и там, конечно, люди сходят с ума.

Хотя не для этого нужно заниматься искусством, и не для этого нужно заниматься спортом. Изначально, спорт и искусство созданы Богом для другого. Я извиняюсь, что несколько затянул свой ответ, но я считаю, что мы очень больны. Мы — это наша горбатая цивилизация, которую все так восхваляют и не знают, куда её деть. Все так её любят и все от неё мучаются. Она нас заразила ложными идеями. На разрыв просто, в клочки дерут своих детей, чтобы сделать из них вундеркиндов.

А получаются шизофреники, которые в четырнадцать лет убегают из дома. Вместо гениев - одни больные люди. Вы её задали как вопрос, а я её несколько развил. Я не показал решение проблемы, потому что она очень масштабная, но я её вижу, я с вами согласен. Надо что-то другое, надо по-другому жить. Надо накрывать на стол вкусную, тобою сваренную еду не для того, чтобы спросить: Но откуда мне было знать!

Марк Шагал. Никакой я не художник – Таша Карлюка – Блог – Сноб

Так что ты предполагаешь совершать какие-то действия, но понятия не имеешь при этом, к чему они тебя приведут. Не знаю, случалось ли с тобой нечто подобное: Ты не уверен, как нужно поступить и что принесет тебе завтрашний день. Даже относительно тех действий, которые кажутся на первый взгляд весьма положительными, весьма богоугодными, благословенными и святыми. Ведь что может быть лучше, чем идти твоему ребеночку в школу?

И всё же в то утро, если бы он не пошел в школу, было бы намного лучше! Наконец, что есть лучшее и что есть худшее? Дилеммы и вопрошания, ответы на которые будут даны, я полагаю, в конце нашей жизни.

А исчерпывающий ответ на все эти дилеммы мы получим в вечности.

Babek Mamedrzaev - За тебя (2018)

И поскольку мы не можем различить этого сами, нам остается. Я скажу об этом. Я вижу недоумение на твоем лице. Ты хочешь всё узнать прямо сейчас, и я тебе скажу.

Я думаю, нам остается. Мы не знаем того, недоумеваем об этом, остаемся в неведении относительно многого. И ты часто пишешь мне сообщения, письма и мейлы и говоришь: Единственное, что я знаю, я тебе об этом скажу. Я думаю, насколько всё было бы иначе, если бы мы имели очень живую и явную связь с Богом.

То есть, как когда ты видишь человека и обращаешься к нему, а он обращается к тебе и говорит ясно то, что думает, так мы могли бы живо общаться с Творцом, с нашим Богом, Господом. И тогда бы мы Ему говорили: Это не приведет тебя ни к чему хорошему. Вот если бы у нас была такая живая и явная связь с Ним, наша жизнь была бы прекрасна.

Но у нас всё не. Перед нами — неопределенность. Мы не понимаем, что хочет от нас Бог. Мы не знаем, что хочет Бог от меня лично и от тебя лично, ибо того, что Он хочет от меня, Он может не хотеть от. Он не хочет от всех одного и того. Каждый имеет свой путь. И столькие ошибки, приносящие нам сильную боль, совершаются на этом пути.

И проходят годы, мы поступаем оплошно и переживаем. Мы идем в том направлении, которое, нам кажется, приведет к хорошему, а оно в конце приводит нас к плохому. Всё в конечном итоге ведет к добру. Но нам же больно. И воспринимаем всё то, что с нами происходит, как житейские неурядицы.

мне не знаком покой я у тебя такой

Мы расстраиваемся и разочаровываемся. Наше упорство должно уважать знаки, подаваемые Господом и предупреждающие: Тебя беспокоит какой-то вопрос.

Конечно, если ты пнешь ее ногой и выломаешь, то в результате сможешь войти внутрь, но это произойдет через взлом. Самая прекрасная дверь, которую открывает Господь в нашей жизни, по-моему, это та дверь, которая открывается легко и свободно. Конечно, с усилием и упорством, но без эгоистического давления. При этом наше упорство должно уважать знаки, подаваемые Господом, и не настаивать чрезмерно, но принимать эти знаки, предупреждающие: И еще одно уточнение.

мне не знаком покой я у тебя такой

Всё, что я говорю тебе сегодня, как и всегда, не есть истина в последней инстанции. Я не знаю, прав ли. А, может, на самом деле всё и не. Но я говорю то, что понял исходя из прочитанного, услышанного и рассказанного тобою.

Вот, к примеру, едет один человек в аэропорт. Билетов нет, и ему говорят: И вот он ждет своей очереди, и с нетерпением, и с молитвой стремится получить местечко на этот рейс. Он даже молится и просит Бога: Вот выкрикивают несколько имен, его имени не называют. В конце концов он остается без билета. Самолет улетает без.

Он очень расстроен, огорчен, возмущен, нервы на взводе. То, о чем я говорю, случалось со многими. Многие или же потому, что опоздали в аэропорт, или же потому, что им не хватило места, не попали на нужный рейс.

Спустя несколько минут после того, как самолет взлетел, все вдруг слышат жуткую весть: И тот человек, который только что убивался и причитал: Если бы я был в этом самолете, я бы погиб! А теперь я жив! А ведь мне так хотелось во что бы то ни стало попасть на этот рейс, я так упорствовал, так наставил на своем, и вот на тебе — страшно представить, что бы со мной сейчас было!

Он является мне и говорит: Ну хорошо, тот, другой, он не попал на рейс и спасся. Почему со мной случилось это?

Я не знаю, что ему ответить. Потому что на самом деле феномен жизни, таинство жизни превосходит наше разумение. Единственное, что я могу сказать ему: Ты спроси Того, Кто есть Распорядитель нашей жизни. Ты спроси Того, Кто определяет, и регулирует, и знает всё. И направляет обстоятельства туда, куда направляет, для каждого из. Он знает, сколько мы будем жить, когда уйдем, при каких обстоятельствах нас застигнет конец.

Лишь только Он один знает, как и. Я и в самом деле нахожусь в растерянности. Но я знаю, что тот, кто в итоге выжил, после такого становится более зрелым, иначе смотрит на мир. Я скажу об этом.

Я и так довольно долго держал тебя в напряжении.

мне не знаком покой я у тебя такой

Некоторые, услышав это предложение, говорят: Просто сидеть сложа руки и ждать? Нужно делать те дела, которые ты должен делать, нужно строить планы. А дальше довериться любви Божией и сказать: Я не знаю, что у меня выйдет из того, что я начинаю делать.